Мы немного по-другому росли. Сейчас ведь все есть – макдональдсы и фалоимитаторы, жевачки со вкусом вишни и гандоны со вкусом шоколада (сам, блядь, в аптеке видел!). Дохуя сейчас всего. В восьмидесятые масла не было и колбасы, было много куриц. Кстати, без всякого птичьего гриппа. Нет, у нас, в Ленинграде, было и масло, и колбаса. А вот в 86-ом в Череповец попал – масло по талонам, я о таком и не слышал никогда. В Астрахани на рынке – конина по три рубля за кило. Ночных магазинов не было, бормотуху за четыре рубля на углу Большого и шестой покупали у барыг. Помню, в ПТУ запрещали носить футболки с цифрой 88, я и не знал, почему такой кипеш. Оказывается, 88-ой – год тысячелетия крещения Руси. А религии в стране тогда не было ведь. Секса не было. Еще не было пидоров, а статья за это дело была в уголовном кодексе. Сейчас статьи нет, а пидоров много, стоит только телик включить. Книг было мало. Хороших – еще меньше, очередь в пять утра занимали, макулатуру сдать. Что-то на печатной машинке шлепали. Сейчас очень много. Донцовы, Хуйцовы... И все ведь это читают! В метро еду, мужик стоит. В руках книга, маленькая, в плохой обложке. Читает. Смотрю на название – «Смерть под трактором». Ни больше, блядь, ни меньше. Баба с газетой, страшная. Читает статью, заголовок – по всей полосе, огроменными буквами – «Хозяйка принуждала дога к извращенному сексу». Ебало до пола отвесила, слюни текут. Полвагона косятся к ней в газету, ума набираются... Доллары были тогда, только нахуй никому не нужны, доллар – 87 копеек, бумажка. Не было шавермы и баночного пива, зато бутылки сдать можно было, сперва по 12 копеек, а потом уже и по 20, вопросы с отсутствием денег на похмел души быстро решались. Музыки меньше было, но хорошая. Ниггеров всяких не слушали, были Дип Перпл и Лед Зеппелин. Сейчас включи почти любой музыкальный канал – какая-нить черная жирная мразь че-то бубнит, руками машет. С отечественными музыкантами еще хуже, сплошь пидоры. Хотя рок-н-ролл еще жив, может, не так все и плохо?.. Да и мы живы, хоть и блюем по утрам с перепоя, и курим слишком много, но – ебло еще хоть кому расшибем, при необходимости.